Одесские депутаты переругались, но поддержали решение о защите уличных котов

После невероятно жаркой дискуссии, сопровождавшейся взаимными обвинениями и глупыми шутками, депутаты городского совета поддержали проект решения «О мерах по защите котов от жестокого обращения в Одессе».

Сама по себе тематика вызвала смешки и шутки в зале. Тем не менее, автор проекта Анна Позднякова пояснила, что он основывается на выводах ученых и идеях гуманизма.

«Известно, что наличие котов на улицах способствует сдерживанию темпов роста инфекционных заболеваний», — отметила она.

Проект запрещает вылов уличных котов, кроме тех случаев, когда они угрожают жизни и здоровью людей.

Более того, руководителям департаментов, управлений и коммунальных учреждений запрещается запирать котов в подвалах и других помещениях, что может привести к их гибели.

Департаменту экологии предписывается уменьшить количество домашних животных путем стерилизации.

Депутаты Иваницкий и Куценко заявили, что проект Поздняковой дублирует профильную программу департамента экологии и является декларативным, а депутат Варещенко стал нелепо шутить о необходимости защиты пони, ворон и гусей.

После перепалки депутаты все же приступили к голосованию и поддержали защиту котов 36 голосами.

ОБНОВЛЕНО В 18:00. Депутат Позднякова пояснила суть принятого решения:

«Оно обусловлено необходимостью дополнительных мер по регулированию количества кошек и обеспечения соблюдения норм законодательства Украины «О защите животных от жестокого обращения», а также с учетом того, что городская Программа численности животного мира предусматривает выделение средств на стерилизацию, вакцинацию и вылов собак, а о котах в ней нет ни слова.

Проект также запрещает вылов бездомных кошек на территории Одессы — только с целью регулирования численности бездомных кошек путем биостерилизации.

Кошки – неотъемлемая часть экосистемы города Одессы, и наконец-то это закреплено на уровне решения местной власти».

Заметили ошибку? Выделяйте слово с ошибкой и нажимайте control-enter

Один раз я был у Вертинского дома, затем однажды видел его у Пастернака, нас познакомили, но Александр Николаевич не вспомнил, что, будучи студентами, я и один мой товарищ Костя Невлер делали стенгазету и решили взять у него интервью. Вертинский в то время был полузапрещён. Мы пришли к нему домой, встретили нас две девочки в школьной форме и красных галстучках — Маша и Настя, видимо, только что пришедшие со школы. Вышел мэтр в халате, но остерёгся дать нам интервью, сказав, что сделать это можно только через "Москонцерт". Мы спросили, можно ли передать от него привет нашему курсу, Вертинский сказал: "Пожалуйста! " И тогда мы в газете написали о привете Вертинского. Помимо этого в газете были еще две вещи. Мы сделали статью "Мысли о Матиссе". Матисс тогда считался пугалом модернизма. Представляете, какой идиотизм был! После чего за эту газету меня исключали из комсомола, так как возник дикий скандал. Кроме того, во всю газету был нарисован золотой трубач, из трубы которого вылетали ноты "до-ре-ми-до-ре-до". Это закодированное хулиганство джазистов тех времен, когда они не хотели играть публике и, смеясь над ней, играли "до-ре-ми-до-ре-до", что означало "А иди ты на…". Мы считали, что только избранные наши люди этот подтекст понимают и больше о нём не знает никто. После войны в институт поступали многие демобилизованные, их принимали без экзаменов, и у нас в группе учился бывший танкист Валерка, который играл на баяне. Он был очень хороший, честный, искренний, немножечко заикался, мы его очень любили. И вот он пошел в партком и от чистого сердца сказал: "А вы знаете, что такое "до-ре-ми-до-ре-до"?" В парткоме все ошалели, узнав подтекст! Но из комсомола меня все же не исключили, лишь вынесли строгий выговор, потому что секретарь курса Антохин спустил это дело на тормоза.*

Нет, конечно, все мои фрэнды музыканты знают, что сие значит. Да и не музыканты, поди, тоже? :-)

Но вот откуда появилось определение этой попевки как ругательства? Как показывает практика, это не единственный, столь оригинальный "посыл". Так развлекались между собой великие джазовые музыканты Элла Фицжеральд и Дюк Эллингтон. Ими был придуман целый ряд таких выражений. Когда на сцене начиналась джазовая импровизация, говорят, они ловили настоящий кайф от того, что только им ясен тайный смысл нотных знаков. Кроме того, это придавало их вокальной дуэли невероятную остроту.

В моём училище всегда не хватало классов для занятий, и народ просто расписывал по часам туалеты и лестничные пролёты. Да-да, мы все, ушибленные на голову, занимались в таких условиях (а я, так вообще — в кустах Бобачёвской рощи, которая находится рядом с училищем, пилила на своём альте, распугивая всех прохожих). И иногда, когда ты уже заебал не только Баха своим исполнением, но и аккордеониста у пожарной лестницы, можно было услышать в свой адрес "до-ре-ми-до-ре-до" ("А пошёл ты на уй! "). В ответ, с понимающей улыбкой, звучало аллаверды — "соль-фа-ми-ре-до#" ("А пошёл ты сам! "). Причём, "до#" вкусно обыгрывался. :-)