Андрей Мельников: Крыму нужен не любой инвестор, а качественный
Министр экономического развития республики Крым Андрей Мельников в эксклюзивном интервью РИА Новости рассказал об уязвимых местах крымской экономики, упущенной выгоде из-за санкций, возможных рисках от введения курортного сбора и целесообразности создания оффшорной зоны, а также оценил перспективы строительства порт-хаба и тоннеля через Керченский пролив. Беседовал Виктор Лященко.
— Андрей Геннадьевич, в чем сейчас сильные стороны крымской экономики?
— Главное — сбалансированная структура, что позволяет уйти от однобокого развития и перекосов. Мы достаточно диверсифицированы. У нас сельское хозяйство, промышленность и сфера туризма в валовом региональном продукте занимают примерно одинаковые доли, на уровне 20%.
Это наше конкурентное преимущество. Плюс к этому большой предпринимательский слой. Мы одни из лидеров в России по числу индивидуальных предпринимателей на душу населения. А это значит, что в крымчанах сильна предпринимательская жилка, что создает правильный и важный фундамент для развития экономики.
— А как насчет слабых сторон?
— Самое основное — изношенная инфраструктура. Это притча во языцех. Здесь положение призвана изменить федеральная целевая программа. Это неизбежно.
Слабая сторона — вододефицит после перекрытия Северо-Крымского канала. Это не критичная история, но с точки зрения перспектив развития сельского хозяйства, особенно на севере Крыма, это проблематичная область.
Пока еще слабое место — транспортная доступность с материком. Мы живем в режиме острова. Это увеличивает давление на цены и логистику поставок. С запуском моста через Керченский пролив у Крыма появится транспортный коридор, который существенно изменит ситуацию.
— Много времени понадобится, чтобы устранить уязвимые места?
— И времени, и ресурсов необходимо много. Фактически многие вещи мы должны делать с нуля.
— Стоит ли рассчитывать на возобновление экономических связей с Украиной?
— Это историческая неизбежность, которая зависит не от нас. Если бы Украина открыла границу для крымских и российских товаров, то все были бы только в выигрыше. Но они заняли железобетонную позицию. Не хотят развиваться, бог им судья.
— Какова судьба игорной зоны?
— Вся подготовительная работа республикой сделана. Документы в правительство Российской Федерации для принятия постановления о создании игорной зоны сданы и ждут подписания. Мы прошли фактически годовой забег и ждем принятия соответствующего решения. Игорная зона появится на Южном берегу Крыма.
— Это будет локальное место?
— Условно говоря, несколько десятков гектаров земли, которая целевым образом выделена для создания инфраструктуры под игорный бизнес. Будет определен оператор игорной зоны, созданы туристические и гостиничные объекты.
Мы уверены, что игорная зона станет некой точкой притяжения, вокруг которой можно возвести продвинутую инфраструктуру. Это наша основная задача. Очевидно, что основные доходы республика будет получать не столько от азартных игр, сколько с гостиничных комплексов, ресторанов, магазинов, которые будут формироваться вокруг этого ядра.
— Что делать с крымскими портами, которые из-за санкций простаивают?
— Открытие моста создает перспективу для развития наших портов, в том числе как логистических центров. Особенно для Керчи. Существенно упростится логистика доставки грузов, а, следовательно, повысится выгодность торговых сделок.
Да, сегодня есть иностранные судна, которым запрещено заходить на нашу территорию. Но это не исключает развития торгового сотрудничества с теми странами, которые не придерживаются режима санкций.
— Когда-то китайские инвесторы хотели строить в Крыму порт-хаб, что с этими планами?
— Либо китайцы, либо мы, либо кто-то через некоторое время построит. Это задача даже не ближайшего пятилетия. Но в том, что в Крыму будет морской транспортный хаб с глубоководным морским портом, я уверен. Это задача, которая диктуется развитием международной торговли.
И лучшее место для такого проекта — порты города Керчи. Другие крымские порты с течением времени будут адаптированы под пассажирские перевозки вдоль побережья и развития яхтенных марин. С точки зрения региона, у которого длинная береговая линия, это эволюционный путь. Здесь важна скорость, себестоимость перевозки одного пассажира.
Я уверен, что на горизонте в пять лет режим пассажирских морских перевозок, по крайне мере на Южном берегу Крыма, станет коммерчески оправданным. Поэтому здесь не так важен режим санкций.
— Андрей Геннадьевич, если откровенно, Крым много теряет из-за санкций? Может быть, в плане упущенной выгоды…
— Я не Прибалтика, чтобы считать упущенную выгоду от тех или иных экономических явлений. Это бессмысленно. Стенать о том, что не произошло, неправильно. Даже если она у нас и есть, бессмысленно ее кому-то предъявлять. Эту потенциально упущенную выгоду мы сможем сами самостоятельно наверстать. В этом, собственно говоря, наша задача.
Есть режим санкций. Пусть действует, ничего страшного. Он не играет колоссального, определяющего значения для развития республики.
— У вас есть в мечтах для Крыма амбиционный инвестпроект?
— Я не хочу быть мечтателем, но из действительно стоящих амбициозных проектов в моем портфеле заказов четыре: "Ворота Крыма" — транспортно-пересадочный узел в Керчи, транспортный хаб в районе Симферополя, скоростная железная дорога от Керчи до Симферополя и проект по водоснабжению северной части полуострова.
— Слышал, в Крыму появится клуб инвесторов?
— Мы хотим объединить людей, которые активно инвестируют в развитие крымской экономики. Клуб будет презентован этой осенью. Нам принципиально важен их взгляд на происходящие процессы, административные барьеры, деловой климат, сопровождение бизнес-проектов.
Моя задача как министра — сделать так, чтобы инвесторов на территории республики было принципиально больше. Но добиться этого можно только в диалоге. Если есть барьеры, мы их уберем. Мы будем это делать. К примеру, будут ужаты длительные сроки подключения к инженерным сетям: газ, электричество, вода. Это тормозит срок реализации инвестиционных проектов. Некоторые административные решения будут предприняты уже этой осенью. Работа ведется по заданию главы республики.
— Клуб открыт и для иностранных инвесторов?
— Для всех инвесторов под любыми флагами, которые инвестируют в крымскую экономику. Дружеское отношение к инвесторам — это наша задача. Мы хотим создать семейный инвестиционный климат с тем, чтобы человек, который готов вкладывать деньги в крымскую экономику, был окружен заботой и комфортом на всех стадиях.
— Большая ли доля иностранных инвестиций в экономику Крыма?
— В основном мы имеем дело с чисто российскими компаниями, за которыми, мы можем только догадываться, стоят либо нет иностранные инвесторы. Доля невысока, но она существует, причем из нескольких десятков стран. Это пока малый и средний бизнес, но он присутствует в экономике Крыма.
— В Крым приезжает много иностранных делегаций, озвучивают желанию инвестировать, порой баснословные суммы, но по факту все заканчивается на стадии разговоров…
— Никто из серьезных игроков по мановению волшебной палочки миллионы долларов не вложит. Им нужно понять потенциальных контрагентов, сориентироваться на территории, изучить возможности региона. А тут одним визитом не обойтись.
Есть проекты со стороны иностранных инвесторов, которые не боятся санкций. Они находятся в стадии проработки. Это в основном сельское хозяйство и медицина. Мы рады любому иностранному инвестору. Но иногда, чтобы люди приняли решение инвестировать, ведь все-таки они рискуют деньгами в определенной обстановке, на это уходит несколько лет. И это характерно не только для Крыма.
— Значит, осталось ждать немного?
— Я думаю, что мы на выход серьезных проектов, связанных с участием иностранного капитала, выйдет примерно к 2019 году.
— Нужна ли Крыму оффшорная зона?
— У нас свободная экономическая зона с очень мягким налоговым климатом, и я думаю, что этого достаточно.