Зеленые зоны. Исламисты берут под контроль исправительные колонии

Появление «зеленых» лагерей стало активно обсуждаться с лета 2017 года. Этому предшествовал резонансный конфликт между осужденными мусульманами и вором в законе Русланом Гегечкори (Шляпа Младший) в колонии Тывы. Междусобица, начавшаяся на сугубо бытовой почве, привела к тому, что один из уроженцев Чечни ударил «законника» в лицо. Через несколько часов после этого Гегечкори со своими сторонниками ворвался в мечеть колонии, где молились его обидчики. Нападавшие избили уроженцев Чечни и Дагестана и разнесли убранство дома Аллаха. Эти события получили широчайший резонанс, а последователи Ислама в Сети активно обсуждали, как отомстят вору в законе за нападение в мечети. Но главным было то, что мусульмане доказали, что будут отстаивать свои религиозные убеждения, не считаясь с регалиями обидчиков. Таким образом, стало ясно, что в российских зонах появилась новая сила — «зеленая» масть.

— Ядро «зеленой» масти — отчаянные ребята, выжившие при проведении контртеррористических операций, к примеру, на Кавказе. Они попадают в колонии, где фанатично продолжают исповедовать ислам. К ним — волевым, харизматичным, тянутся гастарбайтеры, попавшие в лагеря за мелкие преступления. В уцелевших ваххабитах они находят опору. Образуются группы, которые, почуяв силу, начинают насаждать свои правила. А через несколько лет освобождаются готовыми к совершению терактов.

После появления тюремных джамаатов (исламских сообществ) они якобы стали брать под контроль целые колонии. Эксперты видят в этом две главные опасности: нормы шариата идут вразрез с так называемым «арестантским укладом» (традиционным бытом осужденных, внутренним сводом неофициальных правил) и официальными правилами внутреннего распорядка (ПВР) колоний. Второй проблемой является вовлечение новых последователей в радикальный ислам.

Так, в 2016 году в нижнетагильской ИК-5 сотрудники выявили сторонника ИГ (запрещена на территории Российской Федерации), призывающего сокамерников к джихаду.

Впрочем, представители свердловской службы исполнения наказаний утверждают, что это чуть ли не единичный случай исламского экстремизма на вверенной им территории. Первые лица среднеуральского ГУФСИН уклоняются от прямого ответа на вопрос о существовании в Свердловской области «зеленых» колоний или тюремных джамаатов. «Поймите, давно уже нет ни «черных» (колоний под контролем воров в законе), ни «красных» (колоний под жестким контролем администраций), ни «зеленых» колоний. Все уже давно перемешалось», — неофициально объясняют представители ФСИН.

Однако они признают наличие определенных проблем из-за большого количества осужденных мусульман. Согласно официальной статистике свердловского ГУФСИН, в подведомственных учреждениях отбывают наказание около 1400 последователей ислама. При этом христианами являются около 10 000 арестантов.

В российских колониях около 55% христиан и 45% мусульман

До 2016 года работой со свердловскими осужденными занимался имам верхнепышминской Медной мечети Мухаметзинов Айрат-хазрат. Однако после того, как силовики изъяли из мечети экстремистскую литературу, договор с ГУФСИН был расторгнут. На поиски новой исламской организации, к которой у силовиков нет претензий, ушло более года. Все это время среднеуральские мусульмане-арестанты были предоставлены сами себе. В итоге новое соглашение было заключено с Региональным Духовным Управлением мусульман Свердловской области (РДУМ СО). На территории Среднего Урала у организации работает около 30 имамов, которые и возьмут в ближайшее время на себя работу с осужденными мусульманами.

Сегодня даже ГУФСИН провело совместный обучающий семинар с имамами. Одним из основных экспертов стал имам-хатыб соборной мечети «Мунира» Кемерово Рубин-хазрат Муниров, который считается главным экспертом в России по вопросам осужденных мусульман. По его словам, в первую очередь проповедников ортодоксального ислама необходимо научить работе с осужденными.

Однако ни у мусульманского духовенства, ни у руководства ГУФСИН пока нет понимания, как сделать возможным мирное сосуществование ПВР и исламских правил. Как, например, последователь ислама может молиться пять раз в день, не нарушая при этом правил колонии?

— Невозможно для проведения того или иного обряда остановить, к примеру, свою работу, а потом приступить к ней. Самое главное сегодня нам выработать понимание того, что необходимо сделать, чтобы все остались в плюсе.

По данным 66.RU, ФСИН пытается предложить исламским лидерам России выпустить фетву (правовая позиция), разрешающую мусульманам, отбывающим наказание, пропускать положенные молитвы. В ответ в свердловских колониях будут возводить новые мечети.

Между тем из-за своих убеждений мусульмане вступают в конфликты не только с администрацией, но и с другими осужденными сугубо из-за бытовых вопросов. К примеру, когда сокамерники режут свиное сало, единственным имеющимся в камере ножом. После этого он становится непригодным для мусульман. Преступный мир также пытается найти выход из создавшегося положения. При этом представители криминала, с которыми удалось побеседовать корреспонденту 66.RU, утверждают, что не собираются сдавать свои позиции в угоду исламским.

— Проблема в том, что традиционно зона считается домом вора. Он является главным авторитетом. Но у мусульман нет авторитетов кроме Аллаха. Поэтому они отказываются подчиняться нормам «арестантского уклада», они ломают его. Происходит конфликт.

Минувшей осенью свердловские арестанты даже обсуждали прогон (послание-требование, подписанное ворами в законе) о недопустимости нарушений тюремного «уклада» мусульманами.

— Криминал тоже напрягся. Поэтому наша задача — укрепить классический ислам, существовавший со времен Екатерины Великой. Чтобы люди могли разобраться. Потому что проблема радикального ислама постоянно будет нарастать.