«Помолитесь, оглашенные, Господу…» Что такое «катехизация»?
Всю совокупность вопросов, которые возникают перед человеком, начинающим задумываться о Боге, можно свести к четырём вопросам: 1. Кто мы, люди, откуда и куда идём? 2. Для чего нужна религия? 3. Кто такой Иисус Христос? 4. Что такое Церковь.
В предлагаемой статье кандидат богословия архимандрит Феогност (Пушков), клирик Луганской епархии УПЦ (в единстве с Московским Патриархатом), рассуждает о прошлом и современном положении православного инстиута катехизации и предлагает свои идеи по развитию оглашения в Церкви.
Подчеркнем еще раз, что оглашение было не просто желательным, но являлось необходимым, обязательным для всех условием к принятию Крещения. Каждый, кто называет себя православным христианином, должен знать – во что и как он верит и к чему его вера обязывает. Христианство очень категорично. Оно не говорит, что за его пределами нет ни проблеска истины и добра, но оно заявляет, что в полноте обладает этим даром Истины и Жизни только Христос и Его Церковь. Как сказал философ Гегель, «истина всегда конкретна», а всякая конкретная вещь чужда абстрактности. Но представления о религии у большинства наших сограждан более чем абстрактные. То, что мы наблюдаем в современной действительности нашего народа, – это не вера, а профанация, потому что на вопрос: «Как ты веришь и во что?» большинство из нашего так называемого «православного народа» не может дать внятного ответа, а если уж что-то и отвечают, то излагаемая ими вера настолько далека от православия, насколько звезды далеки от земли. «Мы знаем, как окончательно и полно современное общество утратило свою веру, не отменяя обрядов; как люди поголовно становятся агностиками, не смещая епископов» (Честертон. Вечный человек, II: 6). В наше время все чаще со скептической улыбкой на устах звучит пилатовский вопрос: «Что есть Истина?» (Ин. 18: 38). Пресытившись ложными идеалами, созданными людьми, и разуверившись в них, человек нередко становится безразличным к подлинной Истине. Несомненно, что Истиной – в самом собственном смысле этого слова – может быть только нечто вечное, не от людей и не от мирских законов исходящее. С этой Истиной и должен познакомиться тот, кто желает в купели Крещения получить «возрождение баней пакибытия». Православная Церковь проповедует Истину Божью, которая имеет своё конкретное содержание, форму и выражение. Невозможно «верить вообще», но на вопрос: «Во что и как ты веришь», верующий человек должен дать внятный ответ. Прежде всего, человек должен задать этот вопрос самому себе, т.е. испытать себя – знает ли он свою веру, и, испытав, изучить, восполнить пробелы в себе. Всю совокупность вопросов, которые возникают перед человеком, начинающим задумываться о Боге, можно свести к четырём вопросам:
1. Кто мы, люди, откуда и куда идём?
2. Для чего нужна религия?
3. Кто такой Иисус Христос?
4. Что такое Церковь?
Из правильного ответа на эти вопросы вытекают все принципы или правила духовной жизни человека: Его религиозная активность в молитве и богослужении, религиозно-этическая сторона жизни, решается вопрос о смысле жизни, о ценности жизни и о мученичестве за Христа.
Но самое главное, без чего нельзя стать православным христианином, – это личная любовь ко Христу. Можно изучить книгу, но если в сердце в результате этого чтения не загорится огонёк веры и любви к своему Спасителю, то человек не сможет стать христианином, он останется чужим для христианства. Не потому что его не примет христианство, а потому что он сам – без любви – не сможет найти себя в христианстве. Недаром религиозная жизнь сравнивается с браком. Невеста приходит в дом жениха, но если она не любит жениха, если она пришла туда не по любви, а по каким то иным соображениям, дом для неё навсегда останется чужим, и она себя будет чувствовать в нём чужой. Автор этой книги постарался сделать всё, чтобы человек, приходящий в религию Христа, чувствовал бы себя в ней своим, чувствовал бы Церковь родным домом и семьей, а Христа – своим родным другом, Господом, Спасителем и Искупителем.
Религия проявляет свое бытие в трех аспектах:
1. Догмат. Он говорит о сущностях сверхъестественных, о делах Бога в истории. Это – откровение Слова Бога о Себе Самом. По сути догмат отвечает на вопрос «Что».
2. Нравственные правила. Это условия, которые Бог выдвигает человеку, который, в свою очередь, ищет Бога. Бог прописывает нам правила поведения и отношения к сотворенному Им миру, к природе, в людям, к общественным установлениям и повинностям. Если в догмате Бог говорит о Себе, то в нравственных правилах Он говорит нам о нас. И если догмат отвечает на вопрос «что», то этика религиозная отвечает на вопрос «как»: как относиться к той или иной вещи, к тому или иному событию в моей жизни, к природе, к миру, к семье и т.д. Вместе с догматом этика формируют цельную личность.
3. Таинство. То, что у светских людей принято называть «обрядом» или «ритуалом», является кульминацией религии. Здесь человек реально «включается» в Жизнь Бога. Сначала Бог «включился» в жизнь человека, когда Сам стал Человеком во Христе. Теперь мы, вступая в общение со Христом, «включаемся» в жизнь явившегося во плоти Бога.
Хотя Таинство и является самым высшим и самым главным в религии, оно будет бесплодно, если его не будет предварять усвоение Догмата и Учения (религиозной морали). Если карету поставить вперед лошади, она не покатит по тракту тех, кто в ней сидит. Можно сказать, что лошадь – это условие, а цель – всё-таки движение кареты. Но без правильно установленного условия цель недосягаема. Так и если Таинство будет совершено без предварительного воспитания личности в догматах и учении, оно окажется практически бездейственным в жизни принявшей его личности. Поэтому все три аспекта религии были предметом «оглашения». Сначала учили основным азам вероучения (о единстве Божьем, о ложности многобожия, язычества, магии, эзотеризма). Затем человеку излагались предписания этические, которым он уже должен был следовать. И лишь на самом последнем этапе объяснялось значение Таинств. Этот этап назывался «подготовка к Просвещению Святом Крещения», и начинался он за 3,5 недели до Пасхи (крестили в Древней Церкви не «когда вздумается», а на первой части пасхального бдения – в вечер Великой Субботы). Но бросается в глаза, что этому, «завершительному аккорду», уделено так мало времени (по сравнению с полугодичной а то и трехлетней начальной стадии подготовки).
Приступая к освоению религии, каждый должен знать, что «важнейшим условием постижения Бога является воля к вере, жажда Истины, благоговение перед ней и бесстрашие перед лицом как практических, так и теоретических трудностей» (А. Мень., прот. Истоки Религии (гл. 4), с. 102).
2. Крещение детей является одной из основных проблем в современной приходской жизни. Церковь требует от крестящегося веры, а поскольку ребенок принести сознательное послушание Христу не может, от его лица должен принести обеты верности Христу тот, кто, будучи сам глубоко воцерковленным человеком, берется воспитать ребенка в вере. В этом и только в этом случае Церковь может крестить ребенка. Приведу один случай из жизни нашего прихода (увы, он может стать олицетворением существующих сегодня аномалий). Приходят крестить мальчика лет 7-8. Веду беседу с родителями, спрашиваю о причинах их явки и о готовности их ходить вместе с ребёнком в храм. Они заявляют, что пришли крестить только потому, что так «бабка-знахарка сказала», у которой они собираются «лечить» своего дитя, который, по словам их «бабки», «порченый» (хотя отрок был вполне себе нормальный, спокойный, немного худоват, может и есть какое-то заболевание – покашливает). Я с полчаса начинаю объяснять, что никаких бабок допускать к ребенку недопустимо, что Крещение смоет с него все предполагаемые или реально имеющиеся быть «порчи», что ребенка надо бы еще и врачам показать, так как регион у нас первенствуют по раку и туберкулёзу лёгких. Со мной соглашаются, я тоже соглашаюсь крестить, с условием, что родители на утро придут на Литургию и причастят ребенка, да и сами подготовятся к причастию. Они дают согласие, я крещу ребёнка. На утро никто не явился в храм. Потом я узнаю, что они таки потащили ребёнка к «бабке пошептать». Подождав с месяц их покаяния и вразумления (при встрече на улице пытался их образумить), я, как и обязан был, объявил об отлучении родителей от Церкви за то, что они поругались над Таинством. Они даже «за ухом не почесали».
А теперь посмотрим, что предписывает Церковь в таких случаях. В комментарии на 8-е правило VII Вселенского Собора митрополит Никодим (Милаш) пишет: «Относительно того, что не следует крестить детей у тех родителей, которые сами по настоящему не обратились в христианство, Вальсамон замечает, что некоторые иудеи и язычники …приносили своих детей к христианским священникам для крещения, смотря на крещение не как на Таинство веры, а как на некое лекарство… Во времена Константинопольского патриарха Луки Хризоверга (1156-1169гг.) пришли в Константинополь некоторые из турок и заявили, что они христиане, так как в детстве были крещены у себя на родине. На вопрос патриарха "как это могло быть, ведь они исповедуют ислам", они отвечали, что у них на родине есть местный обычай – нести новорождённого ребёнка к христианскому священнику, чтобы тот окрестил его, так как по местному поверью, пока священник его не окрестит, в новорождённом пребывает злой дух. Из этого собор заключил, что крещения, требуемого у христиан, турки искали не с православными намерениями, …но смотрели на крещение как на некое лекарство или даже вид чародейства. Такое крещение собор действительным не признал и туркам вынес решение, что если они хотят стать поистине христианами, им надлежит уже по настоящему с верою принять крещение». Об этом же говорит и 135 правило Номоканона при Большом Требнике Русской Православной Церкви. Это – вопиющий и едва ли ни единственный случай, когда Крещение, совершенное православным священником и в Православной Церкви, признается недействительным, так как интенция крестящихся не соответствовала Православной Вере. Крещение – это рождение, которое само органически является прорастанием семени веры. Если «семя» (основание, мотив ко крещению) не от веры, а от различных суеверных заблуждений, то возникают сомнения в действительного того, что проросло от этого семени (то есть, самого крещения). Это не значит, что поголовно нужно всех «перекрещивать», когда они вздумают стать подлинно православными (ведь в «советское» время в основном то и крестили по суеверным побуждениям – «чтобы не болел», «чтобы не сглазили» и т.д.). Просто необходимо серьезно отнестись к тем причинам, которые побуждают родителей переступить порог храма с ребёнком на руках. Вы входите в Дом Божий, а не в музей. В этом Доме вы можете присутствовать только в одном качестве – в качестве членом Семьи Главы этого Дома. Если вы сами вместе с ребёнком не готовы стать членами Семьи Христовой, тогда не следует вам крестить ребёнка. Ведь в чине крещения крестящийся даёт обещания Богу, а Церковь молится, чтобы крещеный стал верным чадом Христовой Церкви, «насаждённым в Доме Бога нашего на корне веры».
3. Причины прекращения функционирования катехизаторской системы Церкви. Мы должны понимать, что «институт оглашенных» выпал из церковной действительности по вполне объективным условиям: С момента подписания императором Феодосием Великим (380 г.) указа о статусе «persona non grata» для всех религий, кроме «христианской ортодоксии», в течении одного-двух поколений вся империя стала «православной», а это означало, что граждане в обязательном порядке посещали храм и отдавали своих детей в церковно-приходские школы изучать «Закон Божий». Эту же систему унаследовала и Российская Империя (до 1905 г.). Иноверцы могли существовать в рамках империи на правах «широкой внутренней автономии», но и при определенных ограничениях (например, они не могли проповедовать свою веру другим), а вероисповедание стало – наподобие национальности – «наследственным свойством»: От христиан рожденный мог быть только христианином, а в случае его желания обратиться в иную веру он лишался всех сословных и гражданских прав. Так же и мусульманином или иудеем мог быть только тот, у кого родители были адептами данной религии. Государство брало на себя функции контроля за работой указанной системы. В Христианском государстве Церкви просто некого было «оглашать», так как не было «невоцерковленных граждан». После «эдикта о веротерпимости» (1905 г.) послышались активные призывы восстановить огласительную систему: Раз государство прекратило свое существование в качестве гаранта обязательной принадлежности ее граждан к Православной Церкви, последняя теперь вынуждена сама заботиться о воспитании и образовании лиц, свободно (а не в силу законного предписания) обращающихся к Православию. Но печальные события революционного террора и последующие гонения на Церковь сместили акценты и, к сожалению, наш патриархат не создал единой огласительной системы. Однако наиболее талантливые светильники веры – святой праведный иерей Алексей Мечев и его сын – священник Сергий; община протоиерея Александра Меня; священники Глеб Каледа и Всеволод Шпиллер – еще в годы существования СССР создали в своих общинах (хотя и независимые друг от друга) «огласительные системы». И было одной из самых страшных наших ошибок то, что в начале 1990-х, видя интеллектуальное и религиозное брожение, в котором пребывает общество, мы не очертили четко границ церковности и не поставили перед крещением «шлагбаум» оглашения. Результатом этой ошибки стало тотальное крещение масс народа безо всякого как предваряющего, так и последующего наставления в вере. Князь Владимир в 988 г. Крестил Русь, но он, опять же, превратил Русь в Христианское ( а не светское) государство и за «крещением без подготовки» последовало тут же обязательное для всех посещение приходских школ, которые князь повсеместно открывал для детей и взрослых, принявших крещение. Т.е. крещенные в 988 г. киевляне не были «предоставлены самим себе», и государство брало на себя обязательства воспитать из них христиан. Можно, суммируя, сказать, что в христианском государстве само государство берет на себя глобальную роль «крестного восприемника» всего народа. Сегодня Церкви в этом вопросе не на кого полагаться, никто не поможет ей в обязательной («принудительной») катехизации всех, кто «формально» крестился. Поэтому восстановление «огласительных школ» является первоочередной задачей самой Церкви.
4. Адаптация к современной действительности. В III веке церковный писатель и священник Тертуллиан говорил про еретиков и вероотступников, отделившихся от Церкви и создавших свои секты: «Оглашенные у них прежде становятся верными, чем научаются вере» (Тертуллиан. О прескрипции против еретиков, § 41). К сожалению, сегодня мы это видим в нашей Православной Церкви, а не у сектантов. Последние куда серьезней относятся к своей вере.
Разумеется, внешние условия меняют внешнюю форму, но должны остаться неизменными содержание и цель: Тщательное знакомство готовящегося принять Крещение с непоколебимыми основами нашей веры и с религиозно-нравственными обязательствами, возлагаемыми самим фактом принадлежности к христианству. Не может быть речи о том, чтобы просто взять «Огласительные Беседы» Кирилла Иерусалимского или томик с комментариями на Священное Писание Златоуста, и прочитать их перед Крещением. Прежде всего потому, что изменились «трудные вопросы», будоражащие общество, а в процессе катехизации человеку должен быть указан взгляд Церкви на эти вопросы: Тогда актуальным было язычество, а сегодня – религиозный индифферентизм, эзотерические соблазны, наследие «сексуальной революции» и многое другое.
Здесь мы ознакомим читателя с принципами катехизации и с составленным нами курсом огласительных бесед (который, как надеемся, выйдет в свет):
1. Огласительная система не должна быть «узко-приходской». Священник, начинающий требовать от всех, обращающихся к нему за крещением, пройти курс подготовки, выглядит «белой вороной» на фоне «подавляющего большинства» крещений «с улицы» в других приходах. Поэтому курс огласительный должен быть как минимум епархиальный: Утвержденный епископом и предписанный в обязательном порядке для всех храмов епархии.
2. Это должен быть именно курс, система, а не «две или три беседы на общие темы». В него входит: А. Необходимые знания о Православной Вере. В. Изъяснение «Символа Веры» [это текст, который каждый крещаемый должен читать перед крещением вслух, а перед этим должен изучить его значение]. С. Этическое учение Церкви и беседы на 10 Заповедей Божьих. D. Основы для чтения Священного Писания. E. Богослужение и Таинства Церкви.
Это тот минимум, который обязан знать каждый православный человек, дабы действительно «правильно славить Бога», не примешивая к своим взглядам ни заблуждения, ни ереси, ни суеверия.
3. В случае желания окрестить ребенка огласительный курс перед крещением последнего должны пройти его родители и «крестные» (восприемники).
4. Крещение без предварительной подготовки возможно только «на смертном одре».
5. В случае сознательного отказа проходить курс подготовки ко Крещению священник обязан отказать пришедшему к нему человеку в этом Таинстве. Такой пример: Предположим, кто-то нанимается работать на фабрику. Сначала, разумеется, его требуют ознакомиться с принципами работы и правилами поведения на фабрике, а затем, при согласии их выполнять, подписать соответствующий договор. И вот человек подписывает договор, потом кладёт ручку на стол и тут же заявляет: «Ну вот, теперь я один из сотрудников завода, так что извольте мне выдавать все льготы, которыми пользуются прочие сотрудники завода – льготные путёвки, скидка на проезд в городском транспорте и, конечно же, ежемесячно своевременно зарплату давайте. Да, и вот еще что, нигде работать я тут не собираюсь. А заявляться на завод буду, но только когда зарплату будут выдавать или за какой-нибудь справкой на льготы». Как вы думаете, дорогие читатели, как отреагирует начальство и коллектив завода на этот «кадр»? Отправят сразу в психиатрическую лечебницу или просто вытолкают в шею? А что грозит солдату, который по вступлении на службу, принесении присяги (!) и получении формы и оружия, откажется идти на саму воинскую службу и будет бродить по городу в воинской форме, бряцая оружием [читаем «с крестиком на шее»]? Неужели не очевиден ответ? О человеке, готовящемся ко Крещению, в молитвах чина об оглашенных сказано, что он «новоизбранный воин Христа Бога нашего». Соответственно, Церковь – не только семья, но, как писал еще в III Тертуллиан, армия Христова. А значит, в ней так же присутствует своя «воинская дисциплина», за нарушение которой – «трибунал» и, как минимум (!), «разжалование» [читаем «отлучение от Бога и Церкви»].
6. Также важно подчеркнуть, что Крещение есть акт вхождения в Церковь путем присоединения к конкретной приходской общине. А это значит, что оглашение и Крещение каждый должен принимать «по месту жительства».
Задумаемся: Если в тяжелейшие годы гонений на Христианство, в условиях катакомб, подполья и каторги Церковь так строго блюла принцип «не крестить неготовых», то неужели этот принцип неосуществим в наше время? Что – кроме постыдной жажды сиюминутной наживы (пусть даже «не для себя лично, а для прихода») – является причиной совершения крещения «прямо с улицы»? Есть еще и вторая причина – отсутствие у ряда наших священников не только умения проповедовать, но и необходимых знаний. Увы, этого «шила» мы уже спрятать не можем, как и не можем делать вид, что не замечаем его (когда это видят другие и ставят нам в укор). Но зато сегодня у нас есть то, чего не было у первохристиан: есть возможность использовать средства книгопечатания, массмедиа и оргтехники. На епархиальном уровне возможно составить «программу оглашения и курс огласительных бесед», издать их на бумаге и на лазерных носителях, и снабдить этими средствами все епархиальные приходы. Одна программа для всей епархии, а потому и личные недостатки священника как проповедника и наставника уже не будут бросаться в глаза: на него ляжет только функция наблюдения за оглашенным. После каждой самостоятельно прочитанной или прослушанной беседы оглашаемый общается на темы, затронутые в беседе, со своим священником. В крайнем случае священник может отправить оглашаемого к епархиальному священнику-миссионеру (такая должность, уверен, скоро появится в епархии).