Дневник трижды мамы: “Какие чудесные люди в садике. Спасибо им!”

Давеча ногу потеряли. Бабушкину. В смысле, куриную - бабушка пожарила и угостила. Так вот, парни свои ноги съели. То есть, куриные. А Маргарин заначку сделал. Мы всю квартиру перерыли. Мебель двигали. Громко угрожали тараканам: "Отдайте ногу, твари!" В итоге смирились, что когда время придет - найдется. По запаху. Ну и забыли. А сегодня ногу я нашла. Целехонька, с одного боку аккуратно надкушена. Не протухла - Ритун ее на балконе припрятал, в пакете с яблоками. В общем, я ее на полдник схомячила. Не Ритуна - ногу.

Дневник трижды мамы: Рита на подтанцовке

Мне предложили дать комментарий для одного ток-шоу, тема - про близнецов. Я обрадовалась, конечно - приятно, я как будто селебрити. Захотелось даже снять номер в отеле и выбросить в окно телевизор и немножко мебели. Жаль, деньги кончились - не до шалостей. Особенно меня порадовало, что это аудио-комментарий для радиостанции. По радио я значительно стройнее, чем по телевизору.

Одна чудесная девушка похвалила меня, что при скудном выборе "Ржать или потечь кукушечкой", я выбираю - ржать. Вот только не учел прекраснодушный человек, что "потечь кукушечкой", при этом, выбирает меня.

Рита с утра уже трижды разделась. Папа не выдержал и обмотал подгузник скотчем. Обычного не нашел, только армированный, серебристый. Маргарин теперь как Барбарелла. И немного - как Урсула Андресс в Бонде.

Ваня сверзся с детского столика. Невысоко, но обидно. Рыдал. Схватила на ручки, утешала. Федор, пока не смотрю, уронил с грохотом стульчик, сел рядом заголосил. Папа его спалил, громко смеялся, но все же взялся тискать - за смекалку.

Самое смешное и одновременно трогательное зрелище из всех, что я лицезрела, - это Харизмыч, всем телом напоминающий пингвина-паралитика, с криками "Памаю-памаю-памаю!" мелкими шажками догоняющий троих, до икоты ржущих, гномов.

Дневник трижды мамы: Рита любит играть с водой

Первое ноября у нас - большой день. Мы впервые сходили в детский сад. Ну как - сходили? Опущу детали о том, как встали с утра, собирались, одевались и выходили. Скажу только, что в одно лицо мне это было довольно энергозатратно. В садик я пришла в совершенно мокрой изнутри куртке. Коллективно ловили разбегающихся в разные стороны медвежутей. Двоих волокла за ручки ко входу, третий бежал, падал в лужу, валялся, радовался. Я кричала "Федя! Федя вставай, иди сюда!", мимо проходила семейная пара с одним ребеночком. Смотрели с удивлением. Но проходили мимо. Охранник дрогнул сердцем и выскочил мне помогать. Кое-как дошли до раздевалки. Там нас встретили очаровательные, улыбчивые воспитательницы и сказали, что сегодня у них праздник осени, поэтому через час нам придется уйти. К завтраку пойти было ошибкой - только Маргарин сел и поковырял кашу.

Мальчики топили бутерброды в овсянке, пытались опрокинуть все чашки с какао. Тридцать минут цирка с конями, и мы пошли домой. Одевались при помощи двух других взрослых. Уходить дети не хотели, а пришлось. В ближайший месяц ходить станем на три часа, с 9 до 12. Домой вернулись в 8:50 (а-а-а-а-а!), ползли по лестнице, раздевались под мои короткие, яростные вопли. Дети 15 минут возмущались опостылевшему Домику куму Тыквы, а потом попадали спать, кто где стоял. Только Рита, как самая умная, пошла и легла в кровать, накрыв голову подушкой. Завтра опять пойдем.

Меня просто распирает от благодарности! Встретили нас утром в садике, как родных. Общими усилиями раздели детей, начавших к моменту надевания сандаликов чуять западло. Ваня вскинулся резко, крутанулся на пяточках, молча и уверено устремился в сторону выхода. Решительный такой весь. "Врешь! Не возьмешь!" Догнали, конечно, возвернули. Федор, увлекаемый воспитательницей в группу, взвыл. Маргарин сделал попытку прорваться к выходу, но нянечка и не таких ловила. Трио затянуло свой знаменитый хит "Мама, мы все сошли с ума-а-а-а".

Пришлось с ними в группу идти, садиться на пол и утешать. Пять минут на меня карабкались, отталкивали друг друга, рыдали. Уж не знаю, как бы все вышло, если бы не педагог-психолог, которая пришла нам всем помочь. Отвлекла, уболтала. Не всякий профессиональный гипнотизер-наперсточник так смог бы. Я сию же секунду буквально телепортировалась в раздевалку. Вслед мне раздались душераздирающие вопли. "Дело житейское," - неуверенно сказала я сама себе и понеслась домой, мыть полы и трястись от волнения.

Через час позвонили. "Кабзда!" - подумала я, но вслух радостно сообщила "Бегу!". Через 5 минут стояла у крыльца, а мне выдавали - о чудо! чудо! чудо - одетых детей. Переживали, правильно ли всех одели, не перепутали ли ботинки с шарфами. Нет, не перепутали. Мы еще целый час гуляли со всей остальной группой. Болтали с воспитательницей и нянечкой.

Они мне все рассказали про моих детей, кто - какой. Про темперамент и всякие мелкие подробности. Ни разу не ошиблись.

А потом я погрузила всех в коляску, и мы пошли домой. Точнее, побежали. Толкала коляску - только ветер в ушах. Орала "Эгегей, залетные!" и "Три белых коня, эх три белых коня: шампанское, водка и шмаль!" (мы должны предупредить читателей, что это не более чем фигура речи автора, алкоголь и легкие наркотики неприемлемо принимать матери троих (да даже одного) детей. Да и вообще любому человеку очень нежелательно - это вредит здоровью и может даже подвести под статью. - Ред.)

Как ползли по лестнице, как складывала коляску - не помню. В эйфории. Не сглазить бы. Какие чудесные люди в садике. Спасибо им! Дети отрубились через пять минут после возвращения. Проснутся - станем обедать.

Маргарита Ивановна - моя гордость и утешение. Пришли утром в садик, братья заголосили, как только раздеваться начали. Ритуз ходила промеж них, гладила по головам, шелестела “шшшшш, шшшшш”. Свидетели сего балагана придерживали мимиметр руками, чтоб не разорвало в клочья. Так и не выдавила из себя ни слезинки эта деловая девочка. Пошла в группу - наводить порядки. Парни поплакали, чего уж. Особенно Федор страдал. Иван смолк быстро и пошел грести под себя игрушки и над ними чахнуть, как Кащей. Два часа сами без меня. Забрала с прогулки. Нянечка рапортовала, что Иван Иваныч навалил в штаны посреди площадки и она его сходила переодела. В этом месте хотелось кинуться на шею или пасть в ноги - благодарить и извиняться за Ванадиевы дела. Домой привезла спящих пацанов - отрубились за 5 минут дороги до дома. Носила в квартиру, как мешки с картошкой. Пока Риту привела/раздела, так и сопели в коридоре. Очнулись в процессе разоблачения. Съели по печеньке, и снова в объятия Морфея.

Дневник трижды мамы: “Какие чудесные люди в садике. Спасибо им!”

Дневник трижды мамы: Рита на подтанцовке

Дневник трижды мамы: Рита любит играть с водой

Читайте также