Фотографии - Октябрьский (Пермский край)

"Не нравится покупать в нашем магазине, идите в другой и купите там!" - вот как закончился вечер покупок в Магните для пенсионерки из Октябрьского. Женщина пыталась узнать у кассирши что-то про жёлтые ценники, вежливо интересовалась о скидках на товары.Показать полностью. Молодая девушка на кассе по началу так же уважительно объясняла женщине что да как, но потом беседа с покупателем, видимо, утомила кассиршу, она вышла из себя, ей стало, как бы это сказать помягче, пофиг на покупателя своего магазина, и она переменив вежливость на хамство, попросила пенсионерку уйти в другой магазин. Я наблюдал за этой картиной из конца очереди, пожилая женщина улыбалась, когда выставляла свои покупки на ленту кассы, а спустя несколько минут общения с сотрудником магазина она чуть ли не со слезами на глазах шла к выходу. МАГНИТ по идее должен притягивать людей, но его кассиры из кожи вон лезут, чтобы своих покупателей оттолкнуть. Ведь послать покупателя куда проще, чем пробить товар; вежливостью в этом магазине и не пахнет, свежестью, может быть, но уважением - точно нет. Я оставил полную корзину товаров у кассы и пошёл прочь.

посёлок Октябрьский, 25 марта, 2022 год!

Красивый закат был, можно было даже на какое-то время остановиться и просто смотреть, выбросив посторонние мысли куда-нибудь туда, далеко за краснеющий горизонт, посёлок Октябрьский, Пермский край, март, 2022 год!

Морозец с утра сегодня забористый, минус 34 градуса было в Снежном. Можно было поиграть с кипятком в такую погоду.

с. Снежное, Октябрьский ГО, Пермский край, март, 2022 год!

У этого дома есть душа!

Февраль. Лес. Дорога. На улице холодно, на улице темно, лишь свет огромной луны не сдаётся сумраку ночи, только вот от этого света теплее не становится. Сижу за рулём машины, ноги мёрзнут, руки дрожат, слышатся стук зубов и потрескивание костей, думаю про себя, что через час буду в городе, в квартире, лежать в тёплой постели под сотней одеял.Показать полностью. Выезжаю из леса, останавливаюсь на обочине, выхожу и смотрю куда-то далеко перед собой, на уютно расположившуюся в заснеженной низине маленькую деревушку. Я уставился на крайний домик у леса, вижу, как тусклый свет горит в окнах, мелькают тени живущих там людей, а из труб на крышах медленно, будто убаюкивая уставший день, валит белый дым, который немного повисев и полетав по воздуху, тихонечко накрывает всю долину. Мне стало тепло от одного только этого вида. В памяти сразу ожили родная деревня и родительский дом, такой же небольшой и старенький. Как-то давным-давно, когда я был чуть ниже и глупее, к нам в этот дом зашёл мужчина, дальний по улице сосед, не помню, зачем он к нам пожаловал, раньше вообще не гостил у нас, но точно помню его слова. Он стоял в зале, слегка покачиваясь из стороны в сторону, осматривал стены, собирался уходить и напоследок сказал: «Мда, бедненько вы живёте, дом покосился уже.». И я помню, что тогда сказала моя мама ему в ответ: «Зато у этого дома есть душа!».

Скорее всего, я даже и не понял тогда смысла маминых слов: как это у деревянного дома может быть душа, где она у него находится, да и что это вообще такое – душа? Однако спустя многие годы детства, юности и взрослой жизни, проведённые в этом старенькой доме, спустя холодные зимы, жаркие лета, цветущие вёсны и мокрые осени, которые наша семья проживала в счастье, в труде и в достатке, спустя все беды, радости, потери и приобретения, спустя много боли, смеха и удивления, спустя всё вот это вот, спустя всю деревенскую, непростую жизнь я понял, что имела ввиду моя мама тогда, давным-давно. Стою у дороги на вершине холма, смотрю вниз на деревню. Десяток домов, разбросанных там и тут, многое повидали на своём веку, некоторые брёвна в них прогнили, шифер на крыше прохудился, стены слегка обветшали, потрепала их жизнь, но всё же они до сих пор гордо стоят, а в них живут. Старые, накренившиеся избушки глядят горящими окнами на меня, из печных труб до сих пор идут столпы дыма, на улице темно и очень холодно, но я уже не мёрзну, и мне светло. «В них живёт душа!» - подумал я про себя, сел в машину, развернулся и поехал в деревню, но уже в свою, поехал к родителям, поехал домой.

На фотографии - домик у леса в деревне Малый Сарс, Пермский край, февраль, 2022 год!

Снежный душ в лесном массиве выше улицы Лермонтова, а ещё какие-то хорошие люди ёлочку нарядили около трассы, посёлок Октябрьский, Пермский край, 1 января, 2022 год!

Декабрьская вьюга заметала дороги, автобус с трудом пробивался через пушистые стены непрекращающегося ни на минуту вечернего снегопада. На заднем сидении, прислонив голову к холодному окошку, пыталась заснуть девушка, её зовут Диана. Она молодая писательница, которая заканчивает свою первую книгу.Показать полностью. Крупное издательство заприметило необычайно живые и притягательные рассказы талантливой девушки и предложило ей написать сборник таких же искусно переданных через слова историй. Завершать книгу Диана решила у себя дома, в родной деревушке, рядом с мамой и папой. Автобус мчал её из города, там она училась и творила. Девушка проснулась от громкого скрипа, - это по снегу так пробуждающе тормозят колёса, - взглянула в окно, увидела в нём знакомые очертания домиков своей деревни, улыбнулась и нарисовала на окошке сердечко. Вот я и дома!

Через пару дней новый год наступит, первого января молодая писательница должна отправить суровому редактору, названивающему каждые три-четыре часа, последнюю главу книги. Но писать ей как-то совсем не хочется, то ли от того, что не знает, какой историей завершить повествование, то ли из-за того, что праздничная обстановка и связанная с ней суматоха не располагают к письму. Деревня дружная, все всех знают, все ко всем ходят в гости, так и празднуют все вместе. Двери дома открываются и закрываются, хлопают и хлопают, разговоры разговаривают, смеются громко, бренчат ложками, звенят стаканами, спрашивают о том и об этом. Диане эта суета может быть даже и не мешала вовсе, ей было очень хорошо, тепло и приятно находится в своём домике, в кругу родных и близких - только нужная мысль ну никак не приходила. И вот в последний вечер года та самая мысль наконец постучалась в двери, по началу скромно, тихонечко, еле слышно, а потом забарабанила изо всех сил. В такие моменты прозрения Диана сразу же взялась бы за ноутбук и начала печатать, но в доме сейчас полным-полно людей, новый год через два часа, шумно, места свободного нет, чтобы присесть и спокойно подумать. Девушка бросила мыть посуду, обняла маму, которая рядышком тарелки притирала, и побежала разыскивать в толпе дядю Валеру, это местный предприимчивый такой мужичок, у которого на окраине деревни, у самого пруда домик есть для отдыхающих, красивая избушка с печкой и с большими окнами, а кругом лес и поля, Валерий Витальевич частенько берлогой называет этот домишко. Девушка знала про домик у озера, вот и спросила у дяди своего, можно ли там попечатать пару часиков. Виталич, почесав затылок, сказал:

- Конечно, можно, да ведь дороги нет, замело за пару дней всё, вон, до сих пор пурга за окном воет! - Ну очень надо, миленький, завтра редактор будет ждать! - не отставала Диана.- Раз надо, так надо, как не помочь-то племяшке, будущей знаменитой писательнице, - потрепал её по волосам дядь Валера.

Мужичок побежал к своему дому, он у него тут же по соседству стоит, завёл старенький, но трудолюбивый трактор и поехал по улицам в сторону «берлоги». Позади трактора ехала белая копейка, на пассажирском месте сидела, согревая руки дыханием, Диана, а за рулём был парнишка, Артуром его звали, учится в художке, тоже приехал на каникулы. Артурку позвал Виталич, мол тропинки поможет расчистить, дров натаскает и за печкой приглядит - молодой человек сразу согласился помочь. Дианку он хорошо знает, росли же почти вместе, на одной улице, учились в параллельных классах, он и рассказы все её читал, по некоторым из них даже картины писал, только вот девушка об этом не знает, да и не догадывается, наверное. Едут по темени, от фар толку особого нет, снег беспросветным потоком, да ещё и подгоняемый сильным ветром, летел навстречу трактору и машине. Копейка застревала, дядя Валера на тросе вытаскивал, трактор буксовал, двигались очень медленно. Спустя полчаса и тонны сугробов дорога к избушке была расчищена. Артур пролопатил тропинку к входной двери, Виталич занёс охапку дров, разжёг печь, дал парнишке ключи от домика и поехал обратно в деревню. А Диана сидела на полу около большого окна, в папиных валенках в огромном мамином тулупе и с шалью, скрывающую чуть ли не всю голову. Несмотря на холод в доме и полумрак глаза девушки горели таким же безудержным пламенем, как и огонь в разгорающейся печи. По ним было понятно, что мысль всё ещё жива, идея концовки для книги вот тут на кончиках её пальцев - она достала ноутбук, зажгла свечу и начала тут же на полу стучать по клавишам, набирая всё новые и новые предложения.

Дом прогрелся основательно, Диана всё печатала и печатала, ни на что другое не обращая внимания, даже на фейерверки за окном не посмотрела, так незаметно и наступил новый год в избушке у замёрзшего озера: молодая девушка писала концовку книги, а парень подбрасывал дрова в печку, смотрел на ушедшую куда-то далеко-далеко в себя девушку и что-то чиркал карандашом в блокноте. Из тёплого деревянного домика в маленькой неприметной деревне первого января вылетело электронное письмо с последней главой истории, через пару секунд в одном из каменных домов холодного мегаполиса редактор начинал погружаться в финал повествования. А спустя год после этих событий, в самом большом книжном магазине города презентовали книгу, на обложке которой крупными буквами было написано – «Берлога», а ниже – «автор – Диана ……», «автор иллюстраций – Артур ……».