Иконы в кошельках и мобилках – можно или нельзя?

Ношение икон в кошельках, сумках, на заставках мобильников и планшетов – это боголюбие или богохульство, христианское благочестие или язычество? Разъясняет протоиерей Александр Немчинов – руководитель курсов катехизации Днепропетровской епархии, клирик храма Рождества Пресвятой Богородицы.

– Ношение икон в кошельках зачастую связано с недопустимо хамским отношением к ним. Помню случай, когда одна продавщица, узнав, что я священник, сразу же задала вопрос: «Батюшка, а почему мне так не везет?» Я ей попытался как мог объяснить, что причины могут быть разные, что беды наши – не случайны, а закономерны, и причины их так или иначе кроются в нас. Старался говорить как можно доступнее: что это следствия наших внутренних противоречий, отношения к людям и Богу. «Да что к Богу! – ответила она и достала из кошелька ламинированную иконку Богородицы. – Вот уже сколько ношу, а толку нет!» И начала ругать икону, тыкать в нее пальцем и давать щелбаны в лик Богородицы.

Проявление варварского язычества

В таком отношении к иконам, на мой взгляд, проявляется псевдоцерковная мимикрия законсервированного язычества в нашем сознании. Это проблема многих православных поместных церквей, но Русской Церкви, пожалуй, в первую очередь.В момент своего Крещения Русь к принятию христианства была еще совсем не готова интеллектуально. Славянское язычество к тому времени не успело пройти все этапы своего развития, расцвета и умирания, как это было с древними монументальными культами. Сегодня только в книгах мы можем кое-что узнать о египетском спиритуализме, о вавилонском пантеизме, об олимпийских богах и римском пантеоне. Реальных пережитков этих культов сегодня нет. Они умерли. Хотя есть немногочисленные наивные романтики, которые пытаются возродить давно ушедшие в историю культы.А вот славянское язычество успело пройти только стадию своего первичного зарождения. Не было на Руси какого-либо систематизированного языческого вероучения (так называемая «Велесова книга» – это артефакт ХХ века). Не существовало касты жрецов, были волхвы, но их нельзя назвать кастой. Не было сформировано строгого культа языческого богослужения. Известно лишь волхование – набор харизматических импровизаций и заклинаний. Да и культовых языческих сооружений у нас не было.Когда мы, например, в богослужебных текстах читаем о русских языческих «капищах», это не больше чем калька с греческих текстов. В этом случае авторы имели в виду не храмы в привычном для нас понимании, а кумирницы, то есть размещение идолов под открытым небом.Язычество в народном сознании не успело пройти стадии своего развития и не умерло в нем естественной смертью. Вот почему языческий магизм в замаскированном виде, увы, продолжает жить не только в простонародье, но даже в сознании многих людей, считающих себя церковными.В этом кроется причина оккультного, по-язычески утилитарного отношения к богослужению, иконам да и ко всем святыням. В кошельках и сумочках иконы носят чаще всего как некий талисман, не подозревая, что это проявление святотатства и варварства, которое в народе не является чем-то новым.Известно, что на Руси, когда у Бога просили чего-то, икону пытались задобрить как языческого идола. Перед ней зажигали свечи, лампаду, курили благовония. И если повезет и желание сбывалось, то икону украшали, делали для нее красивый оклад. А если не получали просимое, тогда икону наказывали. Для начала ее ставили ликом к стене. Если же дела становились еще хуже – поливали кипящим маслом, били, опускали в помои.И это вопиющее кощунство так же является продолжением языческих традиций. Раньше князь-язычник, отправляясь в военный поход, приносил жертву в кумирнице. Возвращаясь с победой – со щитом, приносил идолам благодарственную жертву, ну а если на щите, то мог рассечь идолов мечом и сжечь их. Как видим, эта дикость жива и поныне.

Ступенька к истинной вере

Если человек благоговейно относится к святыне, то это преклонение не позволит ему носить икону в кошельке. Потому что неподходящее это для иконы место. Соседство икон с деньгами, кредитными карточками и т. п. неуместно. Впрочем, не столь важно, где именно человек носит икону, а его отношение к образу.В советское время у богатых людей была мода на коллекционирование икон, которые они «благочестиво» называли «доски». И хотя и размещали их в заметных местах, никакой духовности в этом не было. Люди почитали эстетическую и антикварную ценность икон, но не их духовное содержание.Были в то время и те, которые держали в доме черно-белые или разукрашенные низкопробными красками фотографии икон, купленные на базаре, на одном прилавке с фотографиями пухленьких девочек, котят и целующихся голубей. Само качество их изображения выглядело как надругательство. Но для покупателя это было не так уж и важно. Приобретали-то их ведь чаще всего «на удачу».Так что все зависит от побудительной причины: зачем человек носит с собой икону. Если это действительно проявление упования на Бога, боголюбие – это одно. Если «на всякий случай» и чтобы в жизни везло – это уже другое. Хотя для некоторых людей даже такое магически-языческое отношение может стать ступенькой, путем к истинной вере. Это уровень понимания человека, то, что он способен осознать в данный момент. Главное, чтобы на этой ступеньке человек не остановился, а такое вполне возможно.Если в человеке не проснется боголюбие, то он так христианином и не станет. Потому что отношения с Богом строятся на бескорыстной любви, а не ради того, чтобы повезло в жизни и для получения земных благ.И если с верой и надеждой (хотя бы в какой-то степени) женщина носит складенек в сумочке с благоговением – это можно понять. Но нельзя сказать, что сумка – подходящее место для постоянного пребывания святого образа.

Наше отношение к Богу утилитарно или благоговейно?

Мода размещать иконы как заставки на мобильные телефоны и планшеты тоже весьма сомнительна. Если уж хочется, чтобы на мобильнике было что-нибудь такое, что может охарактеризовать его владельца как православного христианина, то лучше уж, пожалуй, брать на заставки фотографии благолепных храмов.Ну не будет же человек молиться перед заставкой на телефоне! Поэтому и телефон – не самое подходящее место для икон в силу того, что это исключительно бытовой предмет, как и браслеты с ликами святых. Ну а уж брелочки с иконками, на мой взгляд, и вовсе надругательство.Человек хочет показать свою сугубую религиозность, а превращается это в богохульство. И церковный бизнес здесь играет свою роль – иконные лавки пестрят блестящими цацками с ликами святых и крестами.То же самое можно сказать и о церковных песнопениях, которые используют как сигналы вызова на мобильнике. Представьте, если вдруг где-нибудь в общественном туалете вдруг зазвучит «Иже херувимы». Наверное, даже прожженный богохульник до такого не додумается.Важно помнить, что все церковное предание: богослужение, церковное искусство по сути своей глубоко ИКОННО. И песнопение – это, можно сказать, музыкальная икона. Догмат VII Вселенского собора гласит: «. Честь, воздаваемая образу, восходит к Первообразу».Следовательно, наше отношение к Первообразу определяет также отношение к Его образу. В этом и проявляется связь с Богом: утилитарная или благоговейная. Человек, имеющий страх Божий, конечно же, и к образу Его, как и к образам святых угодников Божиих (дивен Бог во святых Своих), относится с благоговейным трепетом.И поэтому каких-то специальных правил по поводу ношения икон в кошельке нет. В каждом конкретном случае лучше посоветоваться с духовником.