Тысячи бомб и лязг гусениц: каким было крупнейшее танковое сражение в истории
Сайт телеканала «Звезда» публикует цикл статей о Великой Отечественной войне 1941 – 1945 годов писателя Леонида Масловского, основанных на его книге «Русская правда», изданной в 2011 году.
В своих авторских материалах Масловский, по его словам, разоблачает «выдуманные недоброжелателями России мифы о событиях Великой Отечественной войны и показывает величие нашей Победы». Автор отмечает, что в своих статьях собирается «показать неблаговидную роль Запада в подготовке Германии к войне с СССР».
Пятого июля 1943 года немецкие войска, как и ожидалось, с севера со стороны Орла и с юга со стороны Белгорода перешли в наступление. «Разрывы тысяч бомб, снарядов и мин, грохот орудий, гул танковых моторов и лязг гусениц сотрясали землю», – писал К. К. Рокоссовский.
Наиболее сильный удар пришелся по войскам Воронежского фронта под командованием Н. Ф. Ватутина, где действовало восемь танковых дивизий противника (1 500 танков). Против войск Центрального фронта К. К. Рокоссовского действовало шесть танковых дивизий (1 200 танков). Наступление пехоты и танков поддерживалось сильным артиллерийским огнем и ударами авиации с воздуха.
Немецкие войска наносили удары то в одном, то в другом направлении, отыскивая слабые места в нашей обороне. На севере дуги основные удары наносились в районах Ольховатки и Понырей, на юге – в направлении на Обоянь и Корочу, а затем на Прохоровку.
Нашим войскам требовалось огромное мужество и высочайшее воинское мастерство для того, чтобы остановить бронированную армаду наступающих войск противника.
На участке Центрального фронта за шесть дней непрерывных атак враг продвинулся на расстояние до 12 километров, но прорвать оборону советских войск не смог.
В это время 12 июля по приказу Ставки согласно плану операции «Кутузов» совершенно неожиданно для противника перешли в наступление на Орел Брянский фронт и усиленная 11-я армия Западного фронта. Северной группе немецких войск стало уже не до наступления на Курск. Они начали разворачиваться против наступающих советских войск. Воспользовавшись этим, Центральный фронт 15 июля перешел в контрнаступление. Таким образом, в районе Орла наступление гитлеровских войск провалилось.
Нашим наступающим войскам пришлось прорывать почти два года укрепляемую немцами систему оборонительных сооружений. Советские войска смогли ее прорвать, прежде всего благодаря насыщенности артиллерией и танками.
Пятого августа дивизии Брянского фронта освободили город Орел, а к 18 августа немецкие войска были изгнаны со всего Орловского выступа и советские войска подошли к мощному вражескому рубежу «Хаген».
Окружение немецких войск, располагавшихся на Орловском выступе, не входило в планы Ставки, так как советские войска не имели на данном направлении необходимых для окружения противника сил и средств и при попытке окружения могли понести неоправданные потери. Кроме того, при окружении крупной группировки требуется длительное время и отвлечение значительных сил для уничтожения окруженных войск, а это не соответствовало планам Верховного Главнокомандования. И. В. Сталин, по-моему, очень верно сказал: «Наша задача скорее изгнать немцев с нашей территории, а окружать их мы будем, когда они станут послабее…».
На юге дуги советские войска вели еще более ожесточенные бои, чем на севере. «Девятого июля противник, сосредоточив на обояньском направлении на десятикилометровом участке до 500 танков, сделал отчаянную попытку пробить брешь в нашей обороне. И хотя командующий Воронежским фронтом выдвинул туда свои резервы и направил основные силы авиации, все же к исходу дня враг вклинился в нашу оборону на глубину до 35 километров.
На Прохоровку была брошена 4-я немецкая танковая армия, которая имела на направлении главного удара до 700 танков и штурмовых орудий.
В этой напряженной обстановке Ставка приняла решение о передаче 5-й гвардейской танковой и 5-й гвардейской армий Степного фронта в состав Воронежского фронта для использования в намечавшемся контрударе…
Важно отметить, что вражеская авиация во время передвижения этих армий не появлялась, так как наши военно-воздушные силы господствовали в воздухе и не пропускали немецкие самолеты за линию фронта. На маршрутах движения войск истребители 5-й воздушной армии непрерывно патрулировали и прикрывали их. Именно это позволило нам относительно свободно маневрировать резервами в дневных условиях. Армии вышли в заданный район своевременно и в полной боевой готовности…
Соединениям 5-й гвардейской танковой армии генерала П. А. Ротмистрова и 5-й гвардейской армии генерала А. С. Жадова предстояло совершить марш до 300 километров.
Пятая гвардейская армия должна была развернуться на армейской полосе обороны от Обояни до Прохоровки. Пятой гвардейской танковой армии было приказано сосредоточиться севернее Прохоровки. Этими двумя хорошо оснащенными укомплектованными армиями, а также войсками, имеющимися в составе фронта, командующий Воронежским фронтом с согласия Ставки решил нанести контрудар.
В районе Прохоровки произошло крупнейшее танковое сражение. На поле битвы находилось 1 200 танков и самоходных орудий. Ожесточенная схватка длилась до позднего вечера. Мощный контрудар советских войск, их организованность и героизм личного состава похоронили все наступательные планы гитлеровцев», – написал И. С. Конев.
Контрудар измотал и обескровил немцев. Пик оборонительных боев на южном направлении пришелся на 12 июля. Г. К. Жуков тоже пишет о том, что 12 июля на Воронежском фронте шла величайшая битва танкистов, артиллеристов, стрелков и летчиков, особенно ожесточенная на прохоровском направлении.
А. М. Василевский был свидетелем «титанического поединка двух стальных армад». Это было самое крупное танковое сражение Второй мировой войны. За время боя гитлеровцы потеряли в районе Прохоровки до 400 танков и свыше десяти тысяч солдат и офицеров убитыми. И здесь прорвать оборону наших войск враг не смог.
Восемнадцатого июля войска Воронежского и часть войск Степного фронтов перешли к преследованию противника, и к 23 июля Воронежский фронт занял позиции, на которых находился до начала немецкого наступления.
Оборонительная часть Курской битвы завершилась. Для Германии операция «Цитадель» закончилась полным поражением. Гитлеровцы смогли продвинуться только до 12 километров на северном и до 35 километров на южном направлении Курской дуги. Как ясно из вышесказанного, к 23 июля на южном направлении противник был отброшен на прежние позиции, а на северном – намного дальше прежних позиций и отступал под ударами советских войск.
Наши войска, с 5 июля не знавшие ни сна, ни отдыха, не могли сразу перейти в общее наступление на южном фарсе Курского выступа. Кроме того, учитывая, что после неудавшегося наступления южная группировка немецких войск отошла на сильно укрепленные позиции под Белгородом и Харьковом, советским войскам надо было тщательно подготовиться к наступлению.
И. С. Конев пишет: «Для обороны белгородско-харьковского плацдарма немцы держали крупную группировку войск в количестве 14 пехотных и четырех танковых дивизий. Кроме того, в ходе сражения на это направление противник перебросил еще пять танковых, моторизованную и четыре пехотные дивизии… Неслучайно немцы придавали белгородско-харьковскому плацдарму важное стратегическое значение. Он был наиболее сильным бастионом немецкой обороны на востоке, воротами, запирающими нашим войскам путь на Украину».
Третьего августа 1943 года согласно плану операции «Полководец Румянцев» мощной артиллерийской и авиационной подготовкой началось наступление наших войск на белгородско-харьковском направлении силами Воронежского, Степного и Юго-Западного фронтов. Пятого августа войска Степного фронта штурмом овладели Белгородом. День освобождения Белгорода совпал с днем освобождения Орла. Освобождение Орла и Белгорода впервые в ходе Великой Отечественной войны Москва отметила артиллерийским салютом. Этот первый артиллерийский салют в честь боевой доблести советских войск говорил о полной уверенности нашего правительства в грядущих победах над врагом. С этого дня салюты в Москве в честь побед Красной армии стали славной традицией.
Двадцать третьего августа наши войска освободили Харьков. И. С. Конев вспоминал: «Надолго останется в памяти участников освобождения Харькова и жителей города митинг воинов и трудящихся, проведенный 30 августа у памятника Т. Г. Шевченко. Как мы и предполагали, авиация врага в этот день неистовствовала.
Собираясь, видимо, отомстить нам за то, что мы разбили его при взятии Харькова, враг решил разрушить Харьков с воздуха. Но ни одному вражескому самолету не удалось прорваться сквозь огонь наших зенитчиков и обойти плотное прикрытие города с воздуха силами 5-й воздушной армии. Давая приказ на прикрытие города авиацией во время демонстрации, я сказал командующему 5-й воздушной армии, что нужно создать надежный "защитный зонт". Все оставшиеся в живых жители города вышли на улицы. Харьков ликовал».
В связи с приведенными фактами командующего фронтом возмущают исследования, можно сказать, «лучшего немца 2008 года» В. Горбача, который, преклоняясь перед немецкими данными, всю книгу о потерях и победах нашей авиации в Курской битве строит на немецких сведениях, на данных гитлеровцев. Советская военная авиация того времени в его исследованиях предстает как сбор техники и людей, не способных ни управлять самолетами, ни вести бои на равных с противником, отставая от противника в умении вести бои на порядок и более. И таких исследователей на нашем постсоветском пространстве, как говорят, пруд пруди.
Но даже один факт о том, что Конев во время Курской битвы днем с воздуха на самолете следил за маршем своих 5-й гвардейской танковой и 5-й гвардейской армий к месту назначения Воронежского фронта и не боялся быть сбитым немецкой авиацией, опровергает все дутые сведения гитлеровцев.
Совершенно верно В. Гончаров написал о том, что очковтирательство в гитлеровской армии было тотальным, то есть в представляемых в вышестоящие инстанции сведениях чрезмерно искажали данные все – от унтер-офицера до фельдмаршала, чего не было и не могло быть в строгое сталинское время в Советской армии.
Как видно, Курская битва продолжалась с 5 июля по 23 августа 1943 года и делится на оборонительную (с 5 по 23 июля) и наступательную (с 12 июля по 23 августа) операции.
Она показала силу, мощь и высочайший уровень подготовки Красной армии, Генерального штаба, а также то, что даже на узком участке фронта при тщательно подготовленной мощной обороне невозможно удержать фронт от прорыва хорошо вооруженным противником. Воронежский фронт устоял только благодаря помощи резервного Степного фронта. Но сегодняшняя российская военная наука признает только оборонительные бои и считает их панацеей от всех бед.
Курская битва является одной из крупнейших битв Второй мировой войны. Она явилась важным этапом на пути к победе Советского Союза над фашистской Германией.
В этой битве было разгромлено 30 отборных дивизий противника, в том числе семь танковых, вермахт потерял свыше 500 тысяч солдат и офицеров, 1,5 тысячи танков, свыше 3,7 тысяч самолетов, три тысячи орудий.
Советские войска продвинулись в южном и юго-западном направлениях на 140 километров, ликвидировали Орловский и Белгородско-Харьковский плацдармы противника и создали условия для освобождения Левобережной Украины и выхода на Днепр.
«Битва под Курском, которую мы вправе называть Великой битвой, характерна огромным размахом, исключительной напряженностью и ожесточенностью борьбы. Она охватила огромную территорию нынешних Орловской, Брянской, Курской, Белгородской, Харьковской и Полтавской областей. Пятьдесят дней шли упорные, напряженные бои на земле и в воздухе. За это время обеими сторонами последовательно было введено в сражение свыше четырех миллионов человек, более 69 тысяч орудий и минометов, 13 200 танков и самоходных орудий и до 12 тысяч боевых самолетов.
Развернувшиеся в ходе битвы танковые сражения не имели себе равных в военной истории. Это была величайшая танковая битва во Второй мировой войне», – написал о Курской битве И. С. Конев.
И. В. Сталин подвел итог Курской битвы такими словами: «Если битва под Сталинградом предвещала закат немецко-фашистской армии, то битва под Курском поставила ее перед катастрофой».
В 1943 году после победы под Курском, взятия Орла, Белгорода и Харькова Красной армией было проведено еще более двадцати крупных военных операций.
Курская битва переросла в битву за Днепр. Враг под ударами наших войск отступал и бежал к Днепру. Пятнадцатого сентября 1943 года Гитлер принял решение об отводе войск за Днепр. Немецким войскам было приказано стоять насмерть и не допустить форсирование Днепра и выхода советских войск на правый берег реки. Немецкие войска не выполнили требования приказа фюрера и не смогли удержать Красную армию.
Группировка советских войск в указанном направлении имела преимущества по людям – в 2,1, по танкам – в 1,1, по самолетам – в 1,4, а по артиллерии – в 4 раза. А кто-то говорит, что мы выиграли войну без оружия, «завалив немцев трупами». Эти зловредные сочинители знают правду. Они не ошибаются, а умышленно лгут.
Правда заключается в том, что мы завалили немцев не трупами, а снарядами и бомбами и к концу сентября вышли к Днепру на фронте протяженностью в 750 километров.
И не только вышли к этой одной из крупнейших в Европе рек, а с ходу форсировали Днепр и захватили ряд плацдармов на его правом берегу. Таким образом, к концу сентября армиями Центрального, Воронежского, Степного и Юго-Западного фронтов была полностью освобождена Левобережная Украина и созданы условия для начала освобождения от немецко-фашистских захватчиков правобережной Украины.
Геббельс кричал на весь мир о непреодолимом Восточном вале по Днепру, а в это время наши герои его уже преодолели и отбивали яростные атаки немецких войск на захваченные нами плацдармы. Четырехкратное превосходство в артиллерии позволяло нам надежно прикрывать войска, форсировавшие Днепр. Русская удаль, лихость, бесстрашие, смекалка особенно ярко показали себя при форсировании Днепра. Солдатам и офицерам, первым форсировавшим Днепр, как и обещал Сталин, было присвоено звание Героя Советского Союза. Войска Юго-Западного и Южного фронтов в сентябре завершили освобождение Донбасса.
Двенадцатого октября 1943 года перешли в наступление на Киевском направлении войска Воронежского, а с 20 октября и 1-го Украинского фронтов. Сталин, как всегда, жалел солдат и офицеров Красной армии и сначала не давал согласия на создание на Днепре нового плацдарма в дополнение к существующему Букринскому плацдарму. Сталин понимал, что немало человеческих жизней придется положить при создании второго крупного плацдарма на правом берегу Днепра. Но потом согласился с военными, и наши войска согласно директиве Ставки от 25 октября перешли в наступление на Киев 3 ноября 1943 года с нового Лютежского плацдарма.
Никто не планировал взять Киев к празднику, в данном случае ко дню Великой Октябрьской социалистической революции – 7 ноября. Ставка и Генеральный штаб были далеки от планирования освобождения городов к праздничным датам. Так получилось, что к четырем часам утра 6 ноября советские войска освободили столицу Украины, город Киев, от немецко-фашистских захватчиков.
Взятие Киева на четвертый день с начала наступления тоже говорит о мощи и высоком уровне военного искусства советской армии (немцы в 1941 году штурмовали Киев более 2,5 месяца с 7 июля по 26 сентября). Взяв Киев, наши войска продолжили наступление и, продвинувшись на расстояние до 150 километров, образовали на правом берегу Днепра Киевский стратегический плацдарм. Весь ноябрь и декабрь месяцы немцы наносили контрудары, пытаясь снова овладеть Киевом и отбросить советские дивизии за Днепр. Но наши войска держались стойко и в ожесточенных боях отстояли завоеванные территории, вернув и ранее оставленные города Житомир и Брусилов.
В 1943 году уверенность в том, что немецкие захватчики будут полностью изгнаны с территории СССР и советские войска войдут в Берлин, ни у кого не вызывала сомнения. Как показало время, эта уверенность была вполне обоснованной.
Разбитые в Курской битве немцы уже до конца войны не смогли совершить ни одной крупной наступательной операции. Знавшие силы немецкой армии под Курском, правительства США и Англии никак не ожидали, что вооруженные всей Европой бронированные немецкие дивизии будут за несколько недель полностью разгромлены. Они все время наши успехи списывали на зиму. А под Курском знойным летом Красная армия сокрушила такую силу, которой хватило бы, например, для того, чтобы стереть с лица земли всю Англию.
Они не могли понять, откуда у СССР появилось огромное количество военной техники, позволившей разгромить стальные армады немецких армий. Каким образом советские военачальники, Генеральный штаб смогли разработать и провести блестящую операцию по разгрому врага? Наши достижения в производстве военной промышленности и в военном искусстве не укладывались в стереотипное мышление западных политиков и экспертов.
Некоторые представители Запада объясняли нашу победу под Курском вмешательством потусторонних сверхъестественных сил. Но ясно они поняли одно: Красная армия и без участия США и Англии разобьет Германию, маршем пройдет Европу до Атлантического океана, и Советский Союз подчинит своему влиянию континент Европу, а влияние Америки ограничится континентом Америкой. США не устраивала такая перспектива, и они начали подготавливать войска для вторжения в Германию: начали производить действия для открытия так нужного нам в 1941 – 1942 годах второго фронта.
Мнения, выраженные в публикациях Леонида Масловского, являются мнениями автора и могут не совпадать с мнениями редакции сайта телеканала «Звезда».